Аллилуйя любви

10 марта, 6 часов вечера. Уже понимая, что опаздываю — на все про все у меня есть еще час — сажусь в машину и (чего лукавить), периодически нарушая скоростной режим, несусь в Набережные Челны. Там, в концертном зале им. Сары Садыковой, в 19:00 Государственный театр под руководством Народного артиста РФ, композитора Алексея Рыбникова представляет самую известную рок-оперу на российской сцене «Юнона и Авось». Сколько раз, выезжая в 2003–2005 годах в длительные командировки в Москву и Санкт-Петербург, я желал попасть на ленкомовскую «Юнону и Авось», в которой блистал Николай Караченцов. Но — то билетов нет (а так было почти всегда), то денег на билет нет. И вот рок-опера сама приезжает в Челны, пусть уже без Николая Петровича. Упустить такой момент я просто не мог (да и билет весьма удачным образом оказался у меня в руках). И вот минут за семь до начала я вхожу в зал и (вот уж порадовало так порадовало) вижу в нем елабужан: добрых два десятка человек нашли-таки возможность выбраться в автоград на легендарную рок-оперу, которая уже более 30 лет с премьер­ного показа в 1981 году идет с неизменным успехом и полным аншлагом на сцене Ленкома и «гастрольных» сценах. Но в Челны привезли несколько иную «Юнону и Авось»: эта «новая» постановка (т. е. полная авторская версия) была осуществлена Театром Алексея Рыбникова и впервые представлена публике в июле 2009 г. во Франции, на международном фестивале Пьера Кардена (г. Лакост). Премьера прошла с грандиозным успехом, а зрители и критики отметили, что авторская версия Рыбникова «является серьезной новацией в жанре мирового музыкального театра и призвана возвратить изначальную идею авторов». В новой версии «Юноны и Авось» соединились традиции русской духовной музыки, фольклор, жанры массовой «городской» музыки с идейными и эстетическими приоритетами композитора. Неизменным остался текст поэта Андрея Вознесенского (изменение в «Аллилуйе» первой строки «Жители двадцатого столетья» на «дети двадцать первого столетья» — не в счет) и музыка композитора Алексея Рыбникова. И вот в Зале Сары Садыковой, переполненном до отказа (проходы в зале были уставлены стульями), гаснет свет и — начинается действо (в основе сюжета оперы — реальная история). Итак, Россия начала ХIХ века. Государственный деятель Николай Петрович Резанов после смерти своей супруги впадает в депрессию, не находит себе места в стране — «Российская империя — тюрьма, Но за границей та же кутерьма». Желая быть полезным Отчизне, Резанов приобретает на свои деньги два судна — «Юнону» и «Авось», заполняет их продуктами и в 1806 г. отправляется в экспедицию на юг Северной Америки, в Калифорнию, где находились в бедственном положении из-за голода русские поселенцы.

«История — ты стон,

Пророков, распинаемых крестами,

Они сойдут с крестов,

взовьют еретиков кострами.

Безумствует распад,

Но все-таки виват!

Профессия рождать

Древней, чем убивать. (из «Пролога» «Юноны и Авось»)

Калифорния тогда была под властью испанской короны, а Испания являлась союзницей Наполеона, поэтому отношения с русскими были натянутыми (в рок-опе­ре этот исторический момент не представлен). Однако Резанов смог расположить испанцев к себе, у него складываются хорошие отношения с комендантом Сан-Франциско, в 16-летнюю дочь которого — Кончиту — Резанов влюбляется. Вскоре они обручились, однако Кончита была католичкой, и Резанову необходимо было во благо своего личного счастья обратиться к Императору Александру I с просьбой ходатайствовать перед Папой Римским на получение согласия на брак. С этой целью (а также с целью доставки пропитания русской колонии на Аляске) Резанов на своих кораблях покидает Калифорнию. В пути он сильно простудился и в марте 1807 г. умер в Красноярске. Прощальная ария Резанова начинается так:

«Я умираю от простой хворобы

На полдороге к истине и чуду,

На полдороге, победив почти.

С престолами шутил,

А умер от простуды».

Граф Резанов в исполнении Валерия Анохина — мужественный, но надломленный, истово верующий в Бога и Отечество — с ролью справился блестяще. Очаровательна и мила была Кончита (роль Натальи Крестьянских и Екатерины Соловьевой). А живущая сама по себе, вне оперы, песня, в которой есть такие слова — «Я тебя никогда не забуду. Я тебя никогда не увижу» — заставила в этот вечер прослезиться сотни глаз. Уже на выходе из зала, когда занавес скрыл актеров, зрители делились в спешке впечатлениями. Ну здесь все традиционно: одни в восторге, другие огорчены (банальные фразы типа «ну не Караченцов он, не Караченцов» — звучали часто). Что касается автора этих строк, то данную рок-оперу он принял не разумом, а сердцем, а потому вердикт как зрителя — великолепно! А через два дня, 12 марта, с особой резкостью ударили в душу слова «Я тебя никогда не забуду. Я тебя никогда не увижу»… В этот день ушел человек, которого я «никогда…»

Андрей Иванов,

фото автора

№757(12) 20 марта 2013

Комментарии


  • Поиск

  • Реклама