Колонка обозревателя

Страна страха

Наша жизнь многослойна. Если присмотреться, она словно состоит из различных пластов. Порой эти слои пересекаются, перетекают один в другой, порой никак не связаны между собой. И таких пластов с различной начинкой у нашего жизненного пространства очень много.

Например, есть слой официальный, озвучиваемый новостными программами федеральных телеканалов. Там все более или менее благополучно. Россия успешно занимает достойное место в мире, ловит зловредных британских шпионов, поражает успехами в космосе и оценивает искусство по рейтингам и кассовым сборам. Там у нас прекрасный, умный, любимый народом президент, там интеллигентный, но твердый министр обороны и т.д. В этом пространстве мы празднуем, гордимся страной и чувствуем себя патриотами.
Но, кроме того, есть еще и пласт повседневной жизни, которая на экраны телевизоров почти не попадает. С безработицей, бездомностью, бесправностью огромных масс населения, с армейской и гражданской дедовщиной, с чудовищным социальным расслоением народа на богатых и бедных. Это пространство нашей реальности, где не существует нормальной и достойной человеческой жизни, где идет повседневная борьба просто за выживание. Тут мы существуем от зарплаты до зарплаты и приспосабливаемся к чему угодно.
В этом слое мы существуем по давнему принципу "моя хата с краю", который на современном языке принял другую форму: "это твои проблемы". Один известный российский социолог отметил: "Это очень давно сложившийся механизм адаптации к репрессивному государству: каждый спасается в одиночку… Основной опыт, который наши люди приобрели за время существования Советской власти и принесли в наше время, - это умение выжить".
Разнообразных пластов нашего существования можно назвать много. Но за всеми ними располагается еще один - фоновый, потаенный. Обычно мы его не замечаем и, как правило, не осознаем. Но он оказывает сильнейшее влияние на поведение и самочувствие каждого из нас. Это - слой социального страха. Мы боимся. Боимся постоянно и очень многих вещей, несмотря на то, что на словах у нас существуют демократия и открытое общество. Но так как говорить об этом, а тем более обсуждать публично не принято, то данного пространства нашей жизни в общественном сознании как бы и не существует.
Но социологи считают иначе. Ученые "Левада-центра" недавно опубликовали данные по замерам социальных страхов, которые терзают нас. Профессор Лев Гудков так пояснил работу, которую провели сотрудники центра: "Мы отслеживаем страхи уже больше пятнадцати лет - первый такой замер производили в 89-м, в старом ВЦИОМе. Так вот: есть виды страхов, которые в нашем обществе все эти годы очень мало меняются. И процент тех, кто подвержен этим страхам, ужасающе высок".
На первом месте среди того, чего мы боимся, стоит страх потери близких и детей, страх перед болезнями. В 1989 году этого боялись 61% населения, в 2005 году - 48%. По всей видимости, страх этот порожден неэффективной системой здравоохранения, высоким уровнем безработицы и преступности, репрессивным характером правоохранительных структур и отсутствием нормальных социальных гарантий со стороны государства.
Следом за ним идет страх войны (1989г. - 50%, 2005г. - 42%) - прямое наследие великого социалистического прошлого. Как поясняет Л. Гудков: "Страх перед войной - один из самых "долгоиграющих", поскольку это еще и остаток действия институтов мобилизационного общества. Постоянная готовность к самопожертвованию, к отказу от части гражданских свобод, от мирских удовольствий, от высокого уровня жизни, от карьеры, - она оттуда, из атмосферы осажденной крепости… По инерции этот страх, как некий горизонт существования, воспроизводится до сих пор".
Многие люди боятся скатиться в бедность и даже нищету. И если в 1989 году этот страх озвучивали 48% респондентов, то в 2005 году нищеты стали бояться уже 60% населения. Похоже, что эта цифра значительно лучше характеризует состояние нашей экономики, чем цены на нефть, размеры стабилизационного фонда и громкие речи президента и правительства о мифическом удвоении ВВП. Кроме того, цифра эта великолепно отражает антисоциальную, античеловеческую систему взаимоотношений, которая сложилась на рынке труда. Систему нового рабовладения, внутри которой работодатель всегда прав, а у наемного работника вопреки всем законам и кодексам в действительности вообще не существует никаких гарантий. Как сказал один местный чиновник: "А если не нравится, торгуйте пирожками".
Страх перед подобным произволом властных и чиновничьих структур за последние 15 лет в процентном отношении вообще не изменился. Своего бесправия и беззащитности перед государством как в 1989, так и в 2005 году боятся 22% населения. "…Никаких общественных институтов сопротивления произволу властей наш человек вокруг себя не находит, - комментирует Л. Гудков. - Недаром страх стать жертвой произвола властей у нас почти такой же, как страх стать жертвой теракта. 26% респондентов одинаково боятся и того, и другого. А около 80% опрошенных считают себя незащищенными от властного произвола".
Кроме этого, мы боимся старости и беспомощности (34%), стихийных бедствий (43%), Страшного суда (34%), публичных унижений, боли, мучений и смерти.
В итоге получается, что миллионы людей в собственной стране живут в состоянии внутренней эмиграции.

А. Куклин

№387(7) 15 февраля 2006

Комментарии


  • Поиск

  • Реклама