Колонка обозревателя

"Если б я был султан…"

Мир, в котором мы живем, делается все экзотичнее. Раньше нас удивляли достижения технического прогресса. Скажем, в конце 60-х годов прошлого века в той же Елабуге телевизор был редкостью. Когда кто-нибудь его покупал, всей улицей собирались под окнами того дома, чтобы хоть одним глазком глянуть, что это такое. Или когда на окраинной городской улице проезжал грузовик, мальчишки сбегались, чтобы посмотреть на этакое чудо. Сейчас удивить кого-нибудь иномаркой или домашним компьютером не то что в городе, но и во многих деревнях трудно.
Теперь экзотичными становятся человеческие взаимоотношения. То, что прежде казалось единичными случаями, исключениями из правил, начинает претендовать не просто на обыкновенное явление, но шаг за шагом превращается в норму социального поведения. И делается все менее понятным: не то перед нами побочные эффекты глобализации и технического прогресса, не то мы просто все больше дичаем?
Кризис человеческих отношений в странах западной цивилизации начался еще во второй половине XIX века. В XX веке тема невозможности понять другого, тема фатального одиночества человека становится лейтмотивом всего западного искусства. Впрочем, и наш А.П. Чехов тоже достаточно точно подметил: человек человеку не то запертый сундук, не то источник недоразумений. Удивительно ли, что на этом фоне социальный институт семьи почти потерял свои традиционные очертания?
Сейчас однополые взаимоотношения из разряда маргинальной экзотики все настойчивее переходят в сферу нормативного брака. Лесбийские и гомосексуальные связи, групповые и перекрестные браки, телевизионные шоу, построенные на подсматривании и смаковании - всего не перечесть. Как сказал один мой знакомый, взамен традиционному культу любви и дружбы пришел культ случки.
У нас сексуальные меньшинства пока принадлежат к разряду исключений, но совершенно не исключено, что на волне официально насаждаемой толерантности тоже вскоре начнут претендовать на большее, чем просто терпимое к ним отношение. Впрочем, нам хватает и собственной, российской экзотики.
В январе в эфире радио "Эхо Москвы" выступил Рамзан Кадыров, и.о. главы правительства Чечни. Он озвучил идею возвращения многоженства. "В Чечне это необходимо, потому что у нас война, у нас, по статистике, больше женщин, чем мужчин", - заявил чеченский политик. При этом Кадыров вовсе не предлагает менять Семейный кодекс или писать новые законы. Он считает, что "любой человек сам решает, как ему жить". Фактически речь идет о том, чтобы просто признать, что многоженство в отдельно взятой республике может существовать де-факто, опираясь не на закон, а на исторические и этнические традиции.
А почему бы и нет? Многоженство действительно традиционно для мусульманских культур Востока. Правда, не очень ясно, насколько широко оно было распространено. А, кроме того, этнические республики в РФ имеют свои культурные и законодательные особенности. Изучают же наши дети татарский язык в школах. Так почему бы не быть многоженству в кавказской республике?
Впрочем, в самой Чечне реакция на инициативу Кадырова была неоднозначной. Так, руководитель Ассоциации женщин-врачей Чечни Зухра Харкимова сказала: "Я категорически против. Сами понимаете: естественно, никакая женщина не хочет делить мужчину с другими. Но учитывая, что женское население республики больше, чем мужское, и то, что у нас в мусульманстве это допускается, против мы быть не можем. То есть по большому счету Кадыров прав".
А другая сотрудница той же организации Зухра Абдулаева приняла эту идею с восторгом: "Да Кадырову орден надо дать за такие слова. Я считаю, что такой закон надо было принять еще при советской власти. Я незамужем и не была никогда, а ведь была инструктором комсомола! Те женщины, которые выступают против многоженства, думают только о себе. А нам-то куда деваться?"
В 1999 году на Кавказе уже была попытка восстановить институт многоженства. Тогда его своим указом ввел в Ингушетии Руслан Аушев. При смене власти Аушеву это припомнили, а указ отменили.
Нынешнее выступление Р. Кадырова стало поводом для небольшой политической сенсации далеко за пределами самой республики. Давний сторонник идеи многоженства В. Жириновский пообещал летом посетить Чечню, чтобы взять в жены двух девушек из села Центорой, вотчины Кадырова. Любовь Слиска в ответ предложила узаконить не только многоженство, но и многомужество, потому что мужчин у нас мало, они слабый пол и нуждаются в защите.
Но с наиболее интересной аргументацией в пользу многоженства в этом бурном политическом балагане выступил Талгат Таджуддин, формальный лидер мусульман России. Он заявил, что раз мусульмане в России стали есть свинину, пить водку, праздновать Новый год и Пасху, то люди других религиозных традиций вполне могут принять такое культурное новшество, как многоженство. Иными словами, он предложил распространить инициативу Р. Кадырова, которая касалась только Чечни, уже на всю Россию.
Такая вот восточная экзотика. Но самое интересное, что в России давно уже не единичны случаи реального многоженства, причем к мусульманским традициям они никакого отношения не имеют. Дело осталось только за многомужеством. И тогда мы окончательно превратимся в общество… вседозволенности. Глобальное и толерантное.

А. Куклин

№385(5) 1 февраля 2006

Комментарии


  • Поиск

  • Реклама