Колонка обозревателя

Доступное, но не досягаемое

В 1991году трехкомнатную квартиру в Москве можно было купить за 5 тысяч долларов. Теперь за эту цену можно купить автомобиль «Ока» или чуть больше одного квадратного метра столичного жилья. Таким образом, чтобы образно представить, сколько стоит сейчас квартира в Москве нужно плотно поставить около ста «окушек». При этом площадь земли (примерно 500 кв.м), которую они займут, будет по стоимости в несколько раз выше этой квартиры. Примерно так соотносятся теперь наше движимое и недвижимое имущество.

В прошлом году Елабуга пережила одно значимое событие. Тысячи елабужан, сами того не замечая, стали миллионерами. Двухкомнатная квартира в верхней части города перешагнула ценовой порог в миллион рублей. Радость новоиспеченные миллионеры вряд ли испытали. Бешеной гонке цен на недвижимость рады лишь инвесторы. Именно их аналитики считают главными виновниками удорожания жилья. Квартиры массово скупались не для того чтобы там жить, а для выгодного вложения средств. Рынок выбрал самый ликвидный товар в России и определил его главным объектом капитализации. Налицо самая элементарная биржевая игра на повышение: купленная акция не столько приносит дивидендов, сколько сама растет в цене. Купленная квартира не принесет такого дохода от сдачи ее в наем, но зато ее можно потом с огромной выгодой для себя продать. С такой выгодой, которую не пообещает никакой, даже самый сомнительный банк.

И все же обвинять инвестора в этих бедах более чем неправильно. Инвестор тем и отличается от спекулянта, что его действия носят системный, предсказуемый характер. Действовать в наглую ему не позволяют законы рынка. А законы, в частности, таковы. Любая биржевая игра на повышение или на понижение напрямую связана с новостями, а точнее, со значимой информацией, из которой можно сделать самый краткосрочный прогноз. Биржевики ждут их, они питаются ими. Есть новости хорошие — пошел рост, капитализация. Нет новостей — на рынке застой.

Поводом для роста цен на квартиры в Елабуге, несомненно, стали новости из свободной экономической зоны. Не те новости, которыми мы кормимся два десятка лет кряду, а настоящие хорошие новости. Те, в которые поверил инвестор. Настоящий инвестор, который не любит шутить деньгами. Поэтому механизмов остановки цен на недвижимость у нас только два. Это или плохие новости, что нам не подходит, либо же удовлетворение спроса товаром.

Последнее не удается пока никому. Даже москвичам. С их огромными финансовыми ресурсами. Что может быть проще, чем произвести столько товара, чтобы хватило всем? Что-то мешает. Мешает даже больше, чем плохому танцору некоторые органы. «Средства у нас есть! У нас ума нету!» — сказал кот Матроскин и был тысячу раз прав. Официально заявлено, что застройщикам не хватает земли. В самой большой стране в мире не хватает земли для строительства. C землей у нас хорошо никогда не было. Ни при царе, ни при Советах, ни сейчас. Это самый больной вопрос. Это самый дефицитный товар.

Почему-то в Восточной Европе хватает. Так, цены на квартиру в Праге сопоставимы с елабужскими. А, продав квартиру в Москве, можно купить коттедж в пригороде Нью-Йорка. Не хватать земли может в Бангладеш. Эта уникальная страна по площади в два раза больше Татарстана, вмещает в себя население почти всей России. Цена на элитную квартиру там менее 500 долларов за квадрат. Но если землю не дают, значит, это кому-нибудь нужно?

Не надо придумывать никаких «заговоров» риэлторов и застройщиков для того чтобы оправдать сверхвысокую цену на недвижимость в той же Москве. Есть все составляющие. Финансы, стройматериалы, рабочая сила. Нет только земли, на которой можно строить. Зато есть чиновник у которого эту землю можно выпросить. Дорожают стройматериалы, рабочая сила. Но больше всего дорожает земля, а точнее, сама возможность построить на некоем участке дом. Ведь кроме самого участка нужно собрать сотни согласований с самыми разными учреждениями. Нужно договориться с энергетиками и коммунальщиками на подведение сетей. Нужно взять на себя массу обременительных обязательств, таких, например, как передача части квартир муниципалитету. Ведь тем же госслужащим, которые дают добро на стройку, нужно где-то жить. Чтобы стали еще добрее. Нужно умудриться строку «непредвиденные расходы» технично размазать по всей смете и убедить банкиров, что «все так и есть». Причем метод убеждения зачастую приходится брать из «непредвиденных расходов».

Если собрать вместе нуждающихся в чиновниках строителей и не менее нуждающихся в них чиновников, то получится такая армия, которая может потягаться по численности с нуждающимися в жилье. Без всяких согласований сверху, а самое главное, без дополнительного финансирования, она дружно претворяет в жизнь свой нацпроект — недоступное жилье.

Р.Шайфутдинов

№440(8) 21 февраля 2007

Комментарии


  • Поиск

  • Реклама