Колонка обозревателя

Если сегодня война

С Грузией разругались окончательно и бесповоротно. С разным успехом. Сначала они на нас обижались много и злобно. Теперь мы. Громко и на весь мир. Моська наконец разозлила слона. В прессе развернулась целая антигрузинская кампания. Настоящая, с истинно русским размахом, с истерией в СМИ и перегибами на местах. Врезали так, что сами не ожидали. Вовремя остановились. До грузинских погромов дело не дошло. Сделали передышку. Пошла обратная реакция. Заговорили о том, что переборщили, что против простых грузин ничего не имеем против, что во всем виновато только грузинское руководство. Словом, дали слабинку, а зря. В контрнаступление пошла не сама Грузия, а наши же «прогрессивные» силы с «общечеловеческими ценностями». В СМИ одна за другой стали появляться публикации о ксенофобии, империалистическом мышлении, отступлении от норм международного права…

Все эти общечеловеки были бы уместны в любое другое время, но не сейчас. Потому как признаки говорят о том, что Россия с Грузией вступили в принципиально новые отношения, называемые войной. А во время войны их называют пятой колонной. Силой деструктивной, а стало быть, вредной для государства.

Говорят, война — продолжение политики другими методами. Война — самый последний способ решения назревших проблем. Конечно, война идет не настоящая, а холодная, однако от этого ничуть не менее эффективная, да и к тому же менее затратная. Холодная война гуманнее, но гораздо эффективнее обычной политики. Искать причины конфликта не стоит. Она лежит на поверхности. Это, как правило, то, о чем политики стараются менее всего говорить. Потому как недипломатично. На кону игры независимая, но непризнанная Абхазия. Грузинская территория, но населенная российскими гражданами. Желающая присоединиться к России, но понимающая, что это невозможно. Еще не принято говорить, что все переговоры между Грузией и Абхазией, как бы ни призывали к этому в мире, в принципе бессмысленны. Говорить больше не о чем. В республике, где почти в каждой семье на стене висит портрет убитого во время грузино-абхазкой войны родственника, никто не согласится жить под покровительством Тбилиси. Слишком дорогой ценой далась Абхазии свобода. Грузия же ни под каким предлогом и никогда не согласится с потерей своей территории. Идти назад некуда, впереди тупик, а разруливать ситуацию как-то надо. Этот чирей зрел слишком давно. Назад его не затолкаешь.

Нынешние отношения между Россией и Грузией — результат давнего конфликта между грузинами и абхазами. Еще в советское время Абхазия неоднократно просилась в состав РСФСР. Кто читал «Сандро из Чегема» Фазиля Искандера, русского писателя, абхаза по национальности, помнит про населяющих Абхазию мифических индурцев — персонажей не очень приятных. Индурцы — живущие за рекой Инд(г)ури, т.е. грузины. Советская цензура проморгала эти эзоповы фокусы и пропустила книгу в печать. А еще здесь постоянно упоминается несуществующий на карте город Мухус. В обратном прочтении получается Сухум. Так всегда называли и называют свою столицу абхазы. Официальное ее название во всем мире на грузинский манер — Сухуми. После обретения независимости Сухуми было переименовано в Сухум.

В приличном обществе говорят, что нынешний конфликт раздули политики и СМИ, что для простых граждан он не нужен и они здесь вообще ни при чем. Неправда. Политики задают тон в соответствии с государственными интересами. СМИ освещает, и только если попадает под настроение общества, раздувает полноценную информационную кампанию. Содержание СМИ во многом регулируется его рейтингом (тиражом). Если тема востребована, то и будет ответный резонанс, который будет называться, в данном случае, антигрузинской истерией.

Врагов вообще иметь выгодно. Есть враг — значит, есть против кого объединяться. Растет патриотизм нации, вслед за ним, как правило, рейтинг власти. Государство крепчает духом, политики — своим влиянием. Подъем российского патриотизма начался не в августе 1991 и в октябре 1993, а гораздо позже. Тогда Россия распадалась на национальные республики, на страну всем было наплевать, каждый жил как мог. Потом начались бомбежки Югославии американцами. Тогда по телевизору показывали сербов, обращающихся в многочисленных интервью к «русским братьям по вере»: «Россия всегда нас защищала, почему она отвернулась сейчас?» Эффект был неожиданным и ошеломляющим. Сам помню одного такого новоявленного молодого патриота местного разлива, который в пьяном угаре бил себя в грудь: «Поеду завтра в Сербию воевать против янки! За братьев сербов!» Этой же весной в Елабуге на парад 9 мая вдруг вышло много народа. Патриотизм, о безвозвратной потере которого с развалом СССР вздыхало старшее поколение, вдруг стал возрождаться вновь.

«Мы хотим быть в России!» — это мы сейчас слышим от абхазов. Лозунг страшной силы. Он объединяет народы и религии под общим брендом «Россия». Уже не слышно претензий к «большой кровавой Русне». Теперь уже и сами непокорные горцы — чечены — готовы в случае войны в любой момент взяться за оружие и идти защищать Абхазию. Уж кто-кто, а этот народ всегда уважал силу. Сильнее сейчас Россия.

Конечно, не стоит ввязываться в настоящую войну. Да и никто этого делать не будет. Достаточно холодной. Бескровной, но с возможностью заработать в будущем очки, чтобы по прошествии 15 лет признать независимость Абхазии, а Сухуми официально называть Сухумом.

Р. Шайфутдинов

№423(43) 25 октября 2006

Комментарии


  • Поиск

  • Реклама