Колонка обозревателя

Знать татарский

Уже давно отгремели бои за национальное самоопределение Татарстана. Вчерашние борцы большей частью уже ярые патриоты единой России. Даже в партии одноименной состоят. А тех, кто не примирился, осталось совсем мало. Их почти не слышно. Если и появляются где-нибудь, то попадают в лучшем случае под статус несерьезных людей, а то и просто клоунов. Былой силы уже нет. Реальной угрозы для общественного порядка тоже. Тишь да гладь, а если и пойдет какая рябь, так она волны серьезной не сделает. Ведь не принимать же всерьез заявления, что власти Татарстана сдали все завоеванные позиции, получив взамен спокойную и безбедную жизнь, что предали национальные интересы и не осуществили вековую мечту татар об отдельном государстве. Власти оппонируют слабо, больше воды, чем конкретных слов: «Татарстан находится на верном пути» или «это и есть истинный федерализм» и «пример для других регионов». Ничего конкретного. О самом главном политкорректно умалчивают. Чтобы не раздражать ни местное нетатарское население, ни Москву.

Между тем достаточно простого житейского наблюдения, чтобы отметить как минимум две «отвоеванных и несданных позиции». Это национальный принцип формирования кадров и татарский язык. Про первое мы тоже корректно промолчим. А вот на татарском языке стали говорить всюду больше. Перестали стесняться. Замечательно, что два человека могут говорить на языке, который им удобен, понятен, не боясь кривых взглядов со стороны. Но бывает так, что удобнее общаться на русском, а приходится говорить на родном, опасаясь тех же взглядов, но уже с другой колокольни.

Властная тусовка — это как театр. Наблюдать за ней одно удовольствие. Все персонажи ярки, просты и бесхитростны, мотивы поведения понятны. Вот два руководителя-татарина ведут беседу. Хорошим тоном считается говорить по-татарски. Причем даже если оба не могут толком связать длинное предложение, впутывают в диалог русские слова, забывая татарские аналоги. Но это не беда. Главное — говорить, показать себя своим. Еще татарский язык менее официален, прост, позволяет говорить панибратски. Этим он особенно полезен.

Один мой знакомый, рекламный менеджер, отлично понимает все нашу властную кухню, замечательно говорит на татарском и в полной мере пользуется этими своими качествами. Работает он по-крупному. «Разводит» районных глав нефтяного юго-востока Татарстана на шикарные рекламные журналы. Есть такая слабость у этих непуганых глав увидеть свою фотографию на обложке цветного глянцевого журнала. Пусть даже весь тираж этого журнала прямиком отправляется только к нему одному. Берет нахрапом. Предварительно оставив в канцелярии коммерческое предложение на добрую сотню тысяч рублей, звонит в приемную к главе и на чистом татарском языке требует соединить его с «Айдаром абый». Секретарша, ошалев от такой наглости, от греха подальше соединяет с главой, у которого к тому же проходит совещание. Тем лучше! Дальше происходит короткий разговор типа: «Айдар-абый, сэлэм! Рафис иде бу эле!». (Привет, дядя Айдар, это Рафис!) Реакция Айдара-абый чуть более настороженная, чем у секретарши, но все-таки положительная. Племянники в Татарстане всякие бывают… После короткого диалога (времени нет, идет совещание) вопрос решается на месте. Есть контракт! Кто после этого скажет, что татарский язык не нужен? Нужен! И это относится прежде всего к молодым амбициозным мечтателям чиновничьей карьеры. Они знают, что сейчас госслужба — это не только перспективно, но и особенно приятно. Послужи системе не жалея себя, она ответит взаимностью, облагодетельствует, а в случае промаха не даст упасть далеко вниз. Быть чиновником — значит родиться им, иметь соответствующий склад характера и, самое главное, — понимать язык чиновника. В самом прямом смысле. Хочешь сделать карьеру — учи татарский. Доводы типа: «мне он не нужен» и «лучше выучить английский» несостоятельны. За любым, самым железным аргументом скрывается обыкновенная человеческая лень.

Знание татарского это как в ВВС прибор «свой — чужой». Овладел языком — получил детектор, стал своим всегда и везде. Причем независимо от национальности и фамилии. Когда Путин произносит речь на татарском, это вызывает всеобщее умиление. Разговор татарина на татарском — нормальную реакцию. Когда русский свободно изъясняется на татарском — цирковой номер. Это про людей взрослых, устоявшихся, родившихся в «ту эпоху». Для молодого поколения, не обремененного устоявшимися штампами, есть уникальный шанс. Когда в школе учат обязательный татарский язык дети из разных семей, они изначально стоят в неравных условиях. Для одних он родной, для других чужой. Одним он дается легко, а другим тяжело. Справедливость восстановится, если оба выучат язык одинаково хорошо. Если для татарина это будет необходимой и достаточной нормой в карьере, то для нетатарина — огромным бонусом, дающим серьезную в ней фору.

Р. Шайфутдинов

№420(40) 4 октября 2006

Комментарии


  • Поиск

  • Реклама